Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
15:23 

Famous Last Words, глава 7 (последняя)

Тави
Ребята, тут из леса стреляют, вы аккуратнее.
Название: Famous Last Words
Автор: Miz Turwaithiel
Пейринг: Джейкоб/Эдвард
Рейтинг: R
Предупреждения: AU, нецензурная лексика
Содержание: Став вампиром, Белла теряет рассудок и убегает из дому, начиная совершать беспорядочные кровавые убийства. Эдварду и Джейкобу нужно найти и остановить девушку раньше, чем с этим справятся Вольтури.

Переводчик: Тави
Бета: _илиАДа_
Гамма: вождь Мелкая Река
Разрешение на перевод получено.



Глава 1 | Глава 2 | Глава 3 | Глава 4 | Глава 5 | Глава 6

Глава седьмая

Дождь уже не идет, но, должно быть, это ненадолго, потому что норовящее упасть небо предвещает только непогоду. Над городом нависают тучи, а в водосточных канавах после ночного ливня бурлит вода, устремляясь к холодному и бушующему океану. Сиэтл сер и дождлив. Вновь очутившись в плену прибрежной осени, Джейкоб постепенно забывает удушающую жару южных штатов, где окна раскрыты настежь, а лицо греют солнечные лучи.
«Так не должно быть», - думает он, но вспомнить, как же быть должно, тоже не может, и отпускает эту мысль.
Джейкоб идет по одной из улиц Сиэтла. Он толком не знает, как здесь очутился, знает лишь, что несколько часов назад, когда небо еще не было темным, он пошел на запах. Однако он уже давно потерял след и теперь бесцельно бредет вдоль вереницы пригородных домов, засунув руки в карманы и опустив голову. Время настолько позднее, что даже самые заядлые тусовщики вернулись домой и завалились спать, настолько позднее, что начинает отступать ночь.

Не так уж много осталось непройденных дорог. Не так уж много осталось в этом городе мест, которые он еще не видел, или следов, на которые не пробовал становиться. Скоро и они закончатся.
Где-то за горизонтом поднимается солнце – за мрачными тучами различим тусклый свет. Падают первые капли дождя.
Джейкоб идет дальше.

-

Так странно, что его вдруг нет рядом - это не перестает озадачивать Джейкоба. Продолжая надеяться, он с улыбкой оглядывается через плечо, ожидая увидеть Эдварда, но вместо этого упирается взглядом в безликие стены. Не осознавая, зачем он это делает, Джейкоб подходит к холодильнику и смотрит на пакеты с кровью. Он засыпает, надеясь увидеть Эдварда, и просыпается в одиночестве.
Он возвращается домой в утренних сумерках. Сидит, пьет пиво, слушает болтовню радиоведущих. Пустоту не выходит заполнить даже выпивкой, но этот способ кажется наиболее верным. Он отхлебывает пиво, озирается, и удивляется по привычке, не обнаружив Эдварда рядом. Некоторые моменты с легкостью забываются, другие же с еще большей легкостью хранятся в памяти. С каждым сделанным вдохом ему не хватает Эдварда.
Его изводит желание куда-то идти. Странное чувство. Ведь у Джейкоба никогда не было в крови жажды странствий, тянувшей бы его что есть сил в погоню за горизонтом, на поиски того, чего уже больше нет. Другое дело Эдвард – когда в его глазах появлялось то особое выражение, с которым он оставлял позади милю за милей, мчась сквозь свет и тени.
Мысли теряются в этой тишине – о них не узнают ни оборотни, ни вампиры, ни даже люди. Джейкоб больше не чувствует себя настоящим. Рядом нет никого, кто мог бы подтвердить его существование - да и необходимости в этом нет.
Он делает вдох. Ему не хватает Эдварда.

-

Окна выходят на улицу. Это уже другая улица, и квартира тоже другая, но они похожи настолько, что разница перестает быть важной. Все еще идет дождь.
Эдвард слышит, как она стучит каблуками по линолеуму, как небрежно открывает и закрывает шкафчики, как трещат под ее прикосновениями их фанерные дверцы.
- И зачем им столько паршивой еды? – смеется Белла. – Наверное, эти люди ужасно толстые.
Раскачиваясь на шпильках, она подходит к нему, проводя руками по своим бедрам, словно проверяя, не увеличились ли они в объеме. Ее переживания напрасны – ничто в ней больше не изменится.
- Может, так они чувствуют себя счастливыми, - бормочет Эдвард. Он смотрит на проносящиеся под окном машины, и свет их фар его завораживает. За окном все куда-то спешат, идут вперед, живут настоящим днем. Один он словно провалился в безвременье, проживая в оцепенении бесцветные годы.
Мягко ступая по ковру, она подходит к нему и обнимает за плечи, прислоняясь щекой к спине.
- А я чувствую себя счастливой с тобой, - говорит она, и Эдвард ощущает, как движутся ее челюсти.
Ее тело в точности той же температуры, что и его собственное – той же температуры, что и воздух в комнате. Словно ни его, ни ее и нет вовсе, а есть лишь возникшее из ниоткуда видение.
- Почему ты ушла, Белла? – Эдвард не двигается с места. – Почему ты сбежала, когда тебя обратили?
Пальцы на его плечах на миг сжимаются, но она тут же расслабляется и еще больше льнет к нему.
- Эдвард, - вздыхает она, - нам обязательно говорить об этом сейчас?
- Я хочу знать.
Белла делает глубокий вдох. Бесполезно: выдыхает она все тот же пыльный воздух комнаты.
- Хорошо, - говорит она. – Ты не против, если мы переместимся?
Они идут в хозяйскую спальню. Здесь пахнет чужими людьми – супружеской парой, которой принадлежит квартира. На стенах висят их фотографии, их одежда разбросана по полу. Эдвард садится на кровать, Белла устраивается рядом.
- Так что ты хочешь узнать? – спрашивает она, теребя край своей мини-юбки.
- Почему ты бросила меня?
Белла хмыкает.
- Дело было не в тебе.
- Тогда в чем? – голос Эдварда непроизвольно срывается.
- Это сложно объяснить, Эдвард. Ты не причем. Отчасти, так вышло из-за крови, тогда, после превращения, - сбивчиво начинает она. – То есть, в основном так вышло именно из-за крови. Мне правда ее хотелось, но дело и не в этом.
- В чем же тогда?
Она проводит рукой по волосам и, избегая его взгляда, признается наконец:
- Я ожидала, что когда меня обратят, я буду... красивее.
- Но ты была красива!
Она поднимает на него умоляющий взгляд.
- Не такой красивой, как они – Розали, Элис... Того, что было - было недостаточно. Для тебя – недостаточно. - Она улыбается и прикасается к его щеке изящными пальцами. – Ты всегда казался мне ангелом.
- Ты была... – вновь произносит Эдвард, но слова тают в тишине.
Алые глаза Беллы, словно дымкой, заволакивает воспоминаниями – она не слышит Эдварда, а, может, вообще не слушает. Опуская руку, она говорит:
- Я думала, что если меня обратят, то между нами все встанет на свои места, что это сделает меня более достойной тебя. Но ничего такого не случилось. А мне необходимо было стать достойной, Эдвард, как же ты не понимаешь? Я должна была стать совершенством. Ты этого заслуживал. Ты заслуживаешь самого лучшего.
- Белла, - он разрывается между тягой к ней и отвращением – ведь это он, он сделал ее такой, – Белла, нет, все было совсем не так. Я любил тебя такой, какой ты была...
Ее губы кривятся в усмешке.
- Ты любил мою кровь, - поправляет она.
Эдвард ошарашено замолкает.
- По крайней мере, с этого все началось, - продолжает Белла. – Я же не глупая, я знала, Эдвард. Всегда знала. Но когда мы полюбили друг друга, мне хотелось, чтобы, глядя на меня, ты мог гордиться. Я знала, что придется стать лучше, если хочу быть с тобой.
- Я любил тебя не за твою кровь, - говорит он, чувствуя приступ тошноты.
- Откуда тебе знать? – возражает она и кладет его руку себе на грудь – туда, где когда-то билось, поддерживая жизнь, ее сердце. – Я все еще недостаточно хороша для тебя, но я буду стараться. Клянусь тебе.
- Зачем ты убила тех девочек, Белла? – шепчет он дрожащим голосом и словно вновь видит кровавые пятна – мертвые глаза, глядящие на него, манящие за собой.
- Чтобы стать красивее, - улыбается она.
Так же ясно, как огни машин в темноте, он видит, как трепещут ее ресницы, как будто она что-то просчитывает. Эдвард не двигается.
Он не двигается и тогда, когда она его целует – слишком грубо и отчаянно, обхватив ладонями его лицо. Он не знает, как сказать ей «нет».
Он хочет сказать «нет». Он хочет так много – вовсе не того, что происходит, – но в итоге лишь закрывает глаза.

-

Джейкоб теряет счет дням, они проносятся мимо мутным потоком перемежаемых грозами рассветов и закатов. Жизнь продолжается, но ему все равно.
Несмотря на это, Элис его находит. На очередном шоссе, посреди проливного дождя, в несусветно поздний час она возникает перед ним на синем Порше с горящими алым фарами.
- Джейкоб, - она распахивает дверь, - выглядишь ужасно.
Он останавливается и ошарашено смотрит на нее. Ее черные волосы намокли и прилипли ко лбу, она выглядит совсем живой – Джейкоб даже не сразу узнает ее.
- Залезай в машину, - говорит она.
- Элис? – это все, что он в состоянии сказать.
Она кривится и закатывает глаза.
- А Эдвард еще говорил, что ты умный... Да, это я. А теперь залезай в машину и постарайся не намочить сидение.
Джейкоб послушно плетется к двери и, забравшись внутрь, обнаруживает, что Элис постелила на сидение полотенца. Салон просторнее, чем в Вольво, и пахнет всем новым – свежеокрашенной кожей, недавно сваренным металлом. Вместо радио на приборной панели установлен GPS.
Элис заводит двигатель, и машина трогается, рассекая лобовым стеклом завесу дождя. Порше намного быстрее, чем Вольво.
- Что ты здесь делаешь? – спрашивает Джейкоб.
Элис не отрывает взгляда от дороги и обгоняет медленно плетущийся грузовик.
- Я здесь, чтобы помочь тебе найти Эдварда.
- Он не хочет, чтобы его нашли.
- Мало ли чего он не хочет, - говорит она пренебрежительно. - Пусть Эдвард сам виноват в том, что с ней происходит, но эта сучка разбила ему сердце. И будь я проклята, если он, поджав хвост, вернется к ней.
Джейкоб удивленно смотрит на Элис – он не ожидал услышать от нее подобных слов. Впервые за много дней он совершенно уверен в том, что проснулся.
- Ты знала, что так будет?
Элис ерошит рукой короткие волосы на затылке и хмурится в зеркало заднего вида.
- Нет.
- Мне казалось, ты видишь будущее.
- Я не всесильна.
Превозмогая усталость, Джейкоб устремляет на нее тяжелый взгляд, но, как и Эдвард, она его просто игнорирует.
- Что же ты тогда видела? – фыркает он.
Внешне Элис выглядит спокойной – ее лицо безмятежно. Но пальцы, мертвой хваткой вцепившиеся в руль, выдают ее.
- Послушай, Джейкоб, мне правда все равно, что ты думаешь. Но поверь мне, я скорее умру, чем буду, сложа руки, смотреть, как осуществляется то, что я увидела, - говорит она, сильнее надавливая на газ. Машину кидает вперед. – Конкретно сейчас может быть столько разных исходов, что я просто не могу выделить из них один-единственный и сказать, что это судьба. Поэтому заткнись.
Они едут дальше в полном молчании.
- К слову, я здесь, чтобы помочь и тебе, - добавляет Элис минуту спустя.
Джейкоб вздыхает.
- Что ж, у тебя это просто зашибись выходит.

-

Странно, но квартира в том же состоянии, в каком Джейкоб оставил ее три дня назад. Он отвык, что вещи могут оставаться прежними – не исчезать и не испаряться, стоит только отвернуться. Совсем не как пойманные в зеркало заднего вида миражи над раскаленным асфальтом.
Элис даже не утруждает себя тем, чтобы зажечь свет. Говорит только:
- Иди прими душ.
- Тебе-то что? – не глядя на нее, спрашивает Джейкоб.
Он слишком устал, чтобы препираться с ней в полную силу – и судя по тому, как безрезультатны были его попытки сопротивления, дело того и правда не стоило.
- Потому что я должна терпеть твою вонь. Ты шатался по городу трое суток. От тебя воняет. Иди вымойся.
Ее тон не допускает возражений, поэтому Джейкоб покорно тащится душ.
Ванна крохотных размеров – открытая дверь упирается в унитаз, а добираясь до душа и принимаясь раздеваться, Джейкоб едва не сшибает основание раковины. Элис права – от него начинает вонять. Кроме того, он не может припомнить, когда в последний раз менял одежду.
Фаянсовый душ от старости пожелтел, но вода идет горячая. Пар оседает каплями на стенах и потолке, клубится вокруг ног. Джейкоб чувствует, как расслабляются плечи.
Ему кажется, будто он очень пьян – совсем как когда-то давно, еще до того, как в нем проснулся волк. Ему было четырнадцать, и он так напился на вечеринке, что похмелье преследовало весь последующий день. Словно мозг вынули из головы, а потом вернули на место. Сейчас он тоже чувствует разбитость и усталость, а еще неспособность мыслить связно. Ему кажется, что он двигается наощупь, слепо шаря перед собой руками.
Эдвард так и не вернулся.
Стенка душа кажется холодной, когда Джейкоб прислоняется к ней покрытым каплями лбом. Глаза печет, и он закрывает их. Подставляя спину хлещущим струям, он старается ни о чем не думать.

-

Белла уютно устраивается в объятиях Эдварда, макушкой упираясь ему в подбородок.
- Я люблю тебя, - нежно говорит она.
Эдвард не отвечает. Он смотрит на встающее за окном солнце – бледное и неясное за темной линией домов.
- Я тоже тебя люблю.

-

Когда на следующее утро Джейкоб, шаркая, выходит на кухню, он застает Элис листающей кипу газет.
- Ну что, чувствуешь себя лучше? – интересуется она, не поднимая на него глаза и обводя красной пастой заметку.
Джейкоб открывает холодильник и находит там остатки еще не начавшей портиться еды. Ему по-прежнему не верится, что прошло всего лишь несколько дней.
- Нет. - Он захлопывает дверцу ногой. – Разве что намного чище.
Элис качает головой.
- Нам нужен план, - говорит она.
- Кому это – «нам»? – фыркает Джейкоб, усаживаясь за стол и принимаясь ковырять вилкой недоеденную курицу. – И вообще, где остальная ваша семейка? Они что, не хотят помочь?
- Что ж, по крайней мере, к тебе вернулось все твое очарование, - бормочет Элис.
- Отвечай на вопрос.
- Разумеется, они захотели бы помочь. Вот только они не знают о происходящем, - она лучезарно улыбается, но глаза остаются серьезными. – Так будет лучше для всех участников событий. Поверь мне.
Жареная курица кажется скользкой, но Джейкоб продолжает жевать, наблюдая, как Элис берется за следующую газету и хмуро проводит пальцами по странице.
- Мне казалось, я тебе не нравлюсь, - замечает Джейкоб.
Она не смотрит на него.
- Если тебе от этого станет легче, что ты мне безразличен. Но если мы хотим найти Эдварда и Беллу, нам нужно работать вместе, иначе ничего не выйдет.
- А если я не хочу, чтобы он возвращался?
- Не говори глупостей, - просит Элис. – Ты влюблен в него.
- Может, уже и нет.
- Да ну? – Она поднимает брови. – Выходит, ты поэтому слонялся по улицам несколько дней и искал его, как заблудившийся щенок? – Джейкоб молчит. – Признай уже: тебе нужна моя помощь.
- Нет, не нужна.
- Знаешь ведь, что нужна. В одиночку ты не очень-то преуспел.
Джейкоб предпринимает попытку сменить тактику, застать Элис врасплох.
- Зачем ты вообще пришла ко мне? Почему просто не использовать свои дурацкие фокусы, чтобы найти его самой?
- Не все так легко.
- Тогда, выходит, ты и мне не сможешь помочь, так ведь?
Ее пальцы, очень светлые на фоне серых газетных листов, вздрагивают, но Элис все же переворачивает очередную страницу и внимательно изучает ее.
- Если ты считаешь, что дурацкие фокусы – это все, на что я способна, то таких идиотов, как ты, еще поискать.
- Да пошла ты, - огрызается Джейкоб, отшвыривая в сторону куриную ножку и горбясь. Есть ему расхотелось.
Элис даже глазом не моргает.
- Это так по-взрослому, Джейкоб.
На стол оседают пылинки. Джейкоб смотрит, как они парят, подхватываемые невидимыми потоками. Человеческая кожа начинает казаться ему слишком тесной, протертой на мускулах и будто трескающейся при малейшем движении.
Элис все еще ждет, что он что-нибудь скажет. Она смотрит в одну точку, уперев взгляд в газету, и кажется неестественно неподвижной даже для вампира.
- Откуда мне знать, что тебе можно доверять? – спрашивает Джейкоб.
Она отвечает не сразу.
- Мы оба любим Эдварда. Я бы никогда не сделала того, что могло бы поставить это под угрозу. И если ты больше ничему не веришь, поверь хотя бы в это.
Повисает молчание. Только дождь барабанит в окна и журчат водосточные трубы. Джейкоб обдумывает слова Элис и, наконец, говорит:
- Как же мы его найдем?
- Не на голодный желудок. - Она вновь оживает и, складывая исчерченную красным газету, поднимается. – Идем, позавтракаем. Я угощаю.
Джейкоб не улавливает ход ее мыслей.

Так они оказываются на стоянке дешевой закусочной. Площадка забита фургонами и грузовиками, которые свернули с большой дороги, привлеченные обещанием недорогой еды.
Само заведение наполнено фальшивой жизнерадостностью – красные виниловые сидения, неудачно расписанные стены и витрины. У официантки, кажется, похмелье, но в целом место выглядит безопасно.
Элис заказывает для Джейкоба основательный завтрак.
- Твой организм, должно быть, вырабатывает много инсулина, - замечает она, разглядывая Джейкоба с научным интересом, пока тот запихивает в рот целый блинчик и пытается его прожевать. В руках Элис, дымясь, остывает нетронутая чашка кофе.
Джейкоб вопросительно наклоняет голову.
- Если ты всегда ешь так много, в твоей крови должен быть повышенный уровень инсулина, - говорит она. – Карлайл бы лучше объяснил. Ему было бы интересно понаблюдать оборотня.
Решив, что жевать – занятие бессмысленное, Джейкоб проглатывает блинчик целиком.
- Зачем? Чтобы знать потом, как нас убить?
Глаза Элис вспыхивают, и она принимается постукивать ногтями по покрытому царапинами столу.
- Это вряд ли. Карлайл – врач, а не убийца. Кстати, он единственный, не считая Эмметта, кому ты в нашей семье нравишься.
- Эмметта? – пораженно переспрашивает Джейкоб. – Ему-то я почему нравлюсь?
- Он считает, что быть оборотнем – это круто.
- А.
- Еще он сказал, что ты наверняка больше разбираешься в спорте и компьютерных играх, чем Джаспер или Эдвард. Эмметту отчаянно не хватает компании для походов на хоккейные матчи.
- Ха!
На этот раз улыбка Элис касается и ее глаз, вокруг них собираются морщинки.
- Я ему сказала то же самое, - кивает она, размеренно и точно добавляя в свой кофе сахар из пакетиков. На стол не просыпается ни крупинки.
Видя, что она не собирается продолжать этот разговор, Джейкоб возвращается к еде. Когда он, потягиваясь, откидывается на спинку стула, то чувствует, что почти сыт. Элис глядит в окно поверх снующих по дороге машин на бледные разводы рассвета.
- Ты закончил? – спрашивает она. – Хорошо. Пора начинать поиски.
Джейкоб молчит – только смотрит, как она, поднимаясь, достает из кошелька двадцатку и кладет ее на стол рядом с кофе. Элис останавливается, вопросительно глядя на Джейкоба.
- Ты идешь?
- Да. Иду. Конечно, - запоздало отвечает он, встает и следует за ней к выходу.
Конечно, она не Эдвард, но порой так похожа на него в мелочах. Это обескураживает Джейкоба.
Придурок ты долбанный, он ушел. Ты не смог найти его раньше – не сможешь найти и сейчас. Наверное, он уже уехал в Канаду. Или в Мексику. Черт, может, даже в Европу. Идиот несчастный.
Я не скучаю по нему.

Если бы Джейкоб ушел сейчас, вернулся в Ла Пуш, то стая наверняка приняла бы его обратно – пусть и не сразу. Нужно просто уйти.
Элис, открывая дверцу Порше, оборачивается к нему – идущему, сгорбившись, к машине.
- Ты в порядке?
- А ведь я могу взять и уйти, - говорит он.
Она бросает на него взгляд.
- Но ведь не станешь.
- Нет, - признает он, залезая в машину. – Просто перечисляю варианты.
- Маловероятные, к тому же. – Она усаживается за руль и заводит двигатель.
- Почему ты не рассказала семье, что едешь сюда? – спрашивает Джейкоб.
Элис выруливает с парковки, при этом не слышится привычного щелчка поворотников. На фоне подобных маневров даже Эдвард показался бы осторожным водителем.
- Люблю сама решать вопросы, - отвечает она, прибавляя скорости. – Другие только мешают.
- А как же Джаспер? Мне казалось, вы с ним, ну... – Джейкоб показывает сцепленные пальцы. - Женаты?
Элис поджимает губы.
- Брак не означает, что мы все обязаны делать вместе.
- Ой, вот только не надо о вашем бессмертном счастье...
Элис вздыхает, постукивая пальцами по рулю. В луче света сверкает ее золотое обручальное кольцо.
- Я люблю Джаспера, но... Эдвард мой брат, мы в ответе друг за друга. Так было всегда.
Джейкоб обдумывает это, затем говорит:
- С чего вдруг такая откровенность? Я же тебе даже не нравлюсь.
- Не нравишься, - соглашается она. – Но я хотела бы, чтоб ты мне помог. А ты хочешь выяснить, можно ли мне доверять, потому врать было бы не лучшим решением. А еще ты был добр к Эдварду. Меньшее, что я могу сделать, это ответить на твои вопросы - глупые, кстати.
- Что ж, - говорит Джейкоб. И в голову не приходит ничего кроме: - Спасибо.
- Обращайся, - невозмутимо отзывается Элис, проскакивая на красный.

-

План Элис по поискам Эдварда по большому счету ничем не отличается от плана Джейкоба, и сводится к тому, чтобы бродить по городу, пока они его не найдут Эдварда.
- И все-таки, ну почему ты не можешь найти его, заглянув в будущее? – спрашивает Джейкоб, когда они идут по тротуару под тяжелыми взглядами автомобилистов. Джейкоб нажимает на кнопку светофора. – Не то чтобы я жаловался, но, серьезно, почему?
Элис выглядит уставшей – так, как выглядят уставшими вампиры: ее кожа похожа на мрамор, глаза наполнены нечеловеческой печалью.
- Я же говорила тебе, что так не делается.
- Почему?
Светофор сменяет цвета, начиная обратный отсчет. Элис с Джейкобом переходят улицу.
- Ладно, - раздраженно начинает она, - я постараюсь подобрать слова покороче, чтобы ты понял.
- Это так мило с твоей стороны, Элис.
- Будущее – это множество вероятностей. Оно не предопределено. Обычно я вижу наиболее вероятные исходы, потому что видения о них самые четкие. Но сейчас у всех вероятностей равные шансы сбыться.
- Тогда почему ты вообще решила приехать сюда?
- Мы ведь уже обсуждали это, Джейкоб, - вздыхает она. – Я приехала, потому что это позволяет вычеркнуть хотя бы часть вариантов. Все меняется каждую секунду, и разобраться по-прежнему нелегко. У меня довольно бесполезный дар. Пусть он иногда и помогает, но по большей части мои видения не сбываются.
- Серьезно?
- Нельзя полагаться на то, что пишут в комиксах, Джейкоб.
- Да пошла ты, - автоматически огрызается он. Потом добавляет: - Что же ты сейчас видишь?
- Вижу, как Эдвард умирает. Я довольно часто вижу, как все умирают. Пока что эти видения не сбывались. – Она смотрит под ноги и сутулится. – Надеюсь, так будет и впредь.
- Фигово, - говорит Джейкоб, не зная, что еще на это сказать.
Она фыркает:
- Точно.
Они продолжают идти.
Джейкоб скучает по дому, и тоска по стае отзывается пустотой у него в груди. Несмотря на то, что раньше он жалел, что стал когда-то ее частью, и мечтал, чтобы все оставалось как прежде, просто и понятно, чтобы вампиры никогда не объявились в Форксе, не заставили их участвовать во всем этом – скорее похожем на ожившие мифы и не укладывающемся в привычные рамки. Несмотря на все это, Джейкоб скучает по своей семье.
- Джейкоб? – зовет Элис.
Он выныривает из размышлений, возвращаясь к реальности.
- Ты что-то сказала?
- Я спросила, проверял ли ты уже ту самую квартиру.
- Это первое, что я сделал. Там ничего не было.
Она смотрит на него икоса и с подозрением.
- Почему ты не остановил его, когда он решил уйти?
Именно этот вопрос не дает ему покоя.
- Это глупо, - отвечает Джейкоб. – Такое оправдание, что вообще никуда не годится.
- Я послушаю, - говорит Элис.
Он кусает губу, размышляя, как бы лучше об этом сказать.
- Я не думал, что смогу его остановить, - говорит он в итоге. – А проверять мне не хотелось. Думаю, я не смог бы заставить его остаться. Поэтому и пытаться не стал.
Уголки губ Элис опускаются, но она только пожимает плечами и больше не расспрашивает его.
- Значит, в квартире ничего? Что-то еще нашел?
- Нет. Я не смог найти их. У меня так и остался Вольво, и кредитки, и все остальное... Так что, думаю, они с Беллой никуда не уехали.
Элис друг останавливается и вздыхает, проводя руками по волосам, отчего те встают торчком.
- Тогда, полагаю, нам все же придется прибегнуть к моим видениям. - Она хмурится. – Прошло уже много дней.
Джейкоб просто кивает. Теперь он больше не может повлиять на ход событий. Пока что он может только позволить, чтобы его вели за собой, будто слепого, надеясь, что в итоге они окажутся там, где нужно.
Они идут дальше.

-

- Я люблю тебя, - шепчет Белла, глядя на Эдварда с улыбкой. Она поддерживает руками голову убитого человека – его шея сломана; на костяшках пальцев – ссадины от бесполезной борьбы, из безвольного открытого рта течет кровь. Эдвард чувствует ее запах. «Осталось недолго», - говорит он сам себе.
Все будто заволокло туманом, он едва может припомнить, что происходило с тех пор, как он потерял Беллу, и до того момента, когда снова ее нашел. Вот только она теперь другая. Она, черт возьми, совсем другая.
Белла наклоняет голову, чтобы укусить человека в шею. Кожа рвется, и Эдвард переводит взгляд обратно на улицу, тщетно надеясь, что сейчас он увидит проезжающего по ней Джейкоба.
«Осталось недолго».

-

Элис и Джейкоб сидят в интернет-кафе, просматривая сводки новостей, выискивая среди происшествий те, что могут быть связаны с вампирами. Верхнее освещение придает происходящему некоторую нереальность, отводит настоящую жизнь на второй план. Все, что видит Джейкоб – это экран, заполненный информацией об очередных колебаниях фондового рынка.
- Так и знала, - бормочет рядом Элис. – Этот дурак Эдвард совсем отвлек меня от акций. Похоже, пропала большая часть моего капитала.
- Тоже мне горе. Продай какую-нибудь свою машину. – Джейкоб не испытывает ни малейшего сочувствия к ее проблеме. Куда больше его волнует, как там те, кто остались в Ла Пуш – те, у кого в гараже не пылятся автомобили стоимостью в несколько миллионов.
Он едва успевает зайти на свой совсем уже заброшенный почтовый ящик, как Элис вдруг шипит:
- Черт!
- Что такое? – спрашивает Джейкоб.
Волосы у него на затылке встают дыбом: он ни разу не слышал, чтобы Элис говорила так, будто ей не хватает воздуха. Будто она боится.
- Не вертись и не паникуй, - тихо просит она, и это пугает его еще больше. – Нас нашли Вольтури.
У Джейкоба в жилах стынет кровь.
- Черт, - эхом отзывается он. – Мы по уши в дерьме, да?
- Это будет зависеть от того, насколько мы будем с ними любезны.
- Блядь. – Джейкоб упирается взглядом в монитор перед собой, машинально отмечая, что на экране – целая куча непрочитанных сообщений, которые, вероятно, таковыми и останутся. – Убежим через черный ход?
Элис вздрагивает от боли и, поморщившись, открывает глаза.
- Не получится. Нас убьют. Они окружили это место.
- Блядь! Как они нашли нас?
- Да не знаю я! – говорит Элис. Затем к ней возвращается самообладание, черты лица смягчаются, и она повторяет спокойнее: - Я не знаю.
От всего происходящего у Джейкоба голова идет кругом.
- Черт, и что нам теперь делать?
- А что нам еще остается? – На лице Элис мелькает улыбка. – Идем выяснять, что им нужно.
Джейкоб пристально смотрит на нее.
- Это ужасный план.
Она пожимает плечами и встает, отталкивая стул.
- Что я могу сказать? Всегда мечтала побывать в заваршуке. Пошли.

-

Садящееся солнце заливает небо огненно-золотым, однако еще достаточно рано, и кожа Элис начинает сверкать. Джейкоб и Элис ныряют в удлиняющиеся тени переулка и ждут. Джейкобу кажется, что такой момент идеально подходит, чтобы закурить. Или убить кого-то. Странно просто стоять и ждать, когда что-нибудь произойдет.
- Что бы они ни сказали, не сопротивляйся, - шепчет Элис. – Они воспользуются этим, как предлогом, чтобы убить тебя. Говорить буду я.
Джейкоб хочет пихнуть ее локтем в бок, но из-за разницы в росте попадает в плечо.
- Выходит, твои способности все-таки на что-то годятся, а? – улыбается он.
Ее ответная улыбка выходит слегка мрачной. Элис откидывает волосы со лба.
- Постарайся, чтобы тебя не убили.
Воздух становится свежее. Они продолжают ждать.
Через минуту показывается вампир. На нем костюм и дорогой галстук – возможно, из итальянского шелка. Улыбка на его лице производит впечатление еще одной детали одежды.
- Вы, стало быть, оборотень и сестричка? – обращается он к ним.
Вздернув подбородок и не вынимая рук из карманов, Элис спокойно встречает его пристальный взгляд.
- А вы, стало быть, Вольтури? – отзывается она. – Для чего вы нас окружили?
- Прости, милая моя, но этого я сказать не могу. – Он переводит взгляд на Джейкоба, но затем вновь оборачивается к Элис и продолжает: - Вы, если позволите, пешки в этой игре. В наши намерения не входит причинять вам вред. Разве что мы решим, что вы представляете для нас угрозу.
Джейкоб ощетинивается, но Элис жесткими пальцами сжимает его предплечье и посылает ему выразительный взгляд.
- Вы собираетесь нас куда-то забрать? – спрашивает она.
Он лишь улыбается и говорит:
- Только ненадолго.
- Судя по всему, выбора у нас нет, - говорит она все тем же спокойным голосом, но сжимает руку оборотня еще сильнее, и Джейкоб видит, как у Элис подергивается веко.
- Нет, - подтверждает вампир, поправляя манжеты на рукавах. – Пойдемте со мной. И, ради вашего же блага, не пытайтесь что-либо предпринять.
Элис с Джейкобом переглядываются. Джейкоб, вопросительно подняв бровь, кивает в сторону вампира, но Элис хмурится и качает головой, а потом несильно тянет его за руку, заставляя идти вперед. Втроем они выходят из переулка. Наверное, это последний темный переулок, который доведется увидеть Джейкобу. Мысленно оплакивая эту потерю, он выходит на солнечный свет и старается заслонить собою Элис.
Вампир разглядывает их, а когда Джейкоб встречается с ним глазами, позволяет себе короткий смешок. Он распахивает дверцу ожидающей их белой машины и небрежным жестом указывает на заднее сидение.
- Признаться, когда мне сказали, что ты трахаешь ее брата, - вампир пожимает плечами, - я не поверил. Но, может, ты намерен перепробовать все семейство?
Он зло улыбается, обнажая острые зубы. Джейкоб чувствует, как через кожу пытается пробраться охваченный яростью волк. Он уже готов перекинуться, но Элис снова тянет его за руку.
- Не делай глупостей, – цедит она сквозь сжатые зубы и подталкивает его на сидение, забираясь следом.
Вампир закрывает дверь.
Джейкоб наклоняет голову, чувствуя себя посаженным в клетку. В машине крайне мало места для его ног.
- Мы в полной заднице, - говорит он.
Элис вздыхает и отпускает его руку, но тут же утешительно ее поглаживает.
- Да, похоже на то.
Перегородка отделяет от них переднюю часть салона, и Джейкоб ничего не видит ни сквозь нее, ни сквозь затемненные окна. Только чувствует вибрацию и различает тусклые силуэты проносящихся снаружи деревьев. Машина уносит их с Элис в никуда.
Элис снова крепко сжимает его ладонь.
- Все будет хорошо.
Как бы он себя ни уговаривал, Джейкобу очень, очень страшно. Он, тем не менее, сжимает ее ладонь в ответ, пытаясь передать ей свое тепло. Какой-то болезненный миг он скучает по прикосновениям к коже Эдварда.
- С нами все будет в порядке, - говорит он.
Это звучит как молитва.

-

Машина едет очень долго. Джейкоб отмеряет минуты ударами сердца, чувствуя биение своего пульса напротив безжизненной кожи Элис. В тусклом свете его спутница выглядит изможденной.
- У нас есть какие-то козыри в запасе? – тихо спрашивает Джейкоб.
На это Элис лишь закатывает глаза, но ее лицо хотя бы перестает быть пугающе застывшим.
- Возможно, - говорит она. – Я как раз сейчас смотрю. Становится только непонятнее.
Машина внезапно тормозит. Джейкоб с удивляющей его самого неохотой отпускает руку Элис, теряя этот малый контакт.
Дверь открывается, и перед ними возникает тот же вампир, что и прежде. Под тяжелым взглядом Джейкоба он только улыбается, и зубы у него при этом острые и мелкие, словно рыбья чешуя.
- Приехали, - говорит он.
Джейкоб выходит первым и моргает от неожиданно яркого искусственного света. Они на заброшенном складе – совершенно пустом, если не считать нескольких картонных ящиков и тусклых пыльных следов в тех местах, где раньше, должно быть, что-то хранилось.
- Для чего мы здесь? – спрашивает Элис. Если в ее голосе и слышится дрожь, то едва заметная.
В общем счете в помещении шестеро вампиров. Один из них смотрит куда-то мимо Джейкоба и кивает. Прежде чем оборотень успевает понять, что к чему, он чувствует, как ему скручивают руки за спиной. Джейкоб не может пошевелиться. Руки заламывают вверх, и он рычит от злости.
Первый вампир медленно подходит, все еще улыбаясь, и снимает солнечные очки. Его глаза кроваво-красного цвета.
- Я слышал, это ты виноват в смерти Феликса, Джейкоб Блэк.
- Пошел ты, - рычит Джейкоб.
- Тебе повезло, что здесь нет Джейн, иначе тебе действительно было бы больно, - ухмыляется вампир. - В ее отсутствии нам придется действовать по старинке.
Он отступает назад. Джейкоб заранее понимает, что за этим последует удар, но предотвратить его никак не может, хотя и пытается вырваться. Вампирский кулак с треском врезается в его челюсть.
Глаза Джейкоба застилает красной пеленой, голова, качнувшись, безвольно повисает. Вампиры смеются. Откуда-то издалека он слышит, как Элис кричит, чтобы они перестали.
Джейкоб выпрямляется, превозмогая боль, и смотрит вампиру в лицо.
- Что, сука, больше ни на что не способен?
Вампир держится за запястье и словно раздумывает, но взгляд его темнеет.
- Отнюдь, - говорит он и снова бьет Джейкоба – сильнее, чем прежде, и от удара голова оборотня снова дергается в сторону.
Вампир подступает ближе и, сузив глаза, берет его за подбородок.
- Я успею разрезать тебя на маленькие кусочки быстрее, чем ты решишь сдохнуть.
Джейкоб сплевывает кровь.
- Что, смерть Феликса – это что-то личное? Трахал ты его, что ли? Или это он тебя трахал?
За это Джейкоб получает еще два удара в лицо и один – коленом в живот, отчего, хрипя, сгибается пополам.
- Он был мне как брат, - говорит вампир низким и безжизненным голосом, и после этого мир Джейкоба становится алого цвета. Пронизывающие его вспышки боли остаются единственным, за что он может ухватиться.
Тогда, когда по ощущениям, у него уже переломаны все ребра, Джейкоб проваливается в благословенное небытие, слыша, как где-то вдалеке, направляя на вампиров всю свою ярость, кричит Элис.

-

Эдвард решается пошевелиться только после заката, едва ночь начинает пить дневное тепло. Простыни на кровати смяты, но Беллы нет рядом - он находит ее, подпевающей радио, на кухне. Эдвард еле узнает ее голос.
- Эдвард, - говорит она, поднимая на него глаза и ослепительно улыбаясь. – Чем бы ты теперь хотел заняться?
- Мы идем охотиться, - отвечает он, чувствуя, как горло пересохло.
- На кого? – спрашивает она, тут же выключая радио и быстро переступая на своих шпильках по полу.
- На одних старых знакомых. Увидишь, - говорит Эдвард. Он берет ее руку в свои ладони. – Пойдем, нужно поторопиться.
Долю секунды Белла сопротивляется, и взгляд ее становится чуть пристальнее, но затем она позволяет ему себя увести.
- На кого? – повторяет она.
- Это сюрприз, - говорит Эдвард. – Увидишь.

-

Проходит какое-то время - сквозь щели в складских стенах больше не пробивается свет. Джейкоб приходит в себя и, пошевелившись, чувствует, что сломанные кости понемногу начинают срастаться.
Они с Элис сидят рядом. Их руки за спиной прикованы к столбам, поддерживающим перекрытия. Рядом по-прежнему находятся Вольтури. Один из них окидывает их взглядом и снова отворачивается.
- Джейкоб? – зовет Элис. Ее голос звучит грубее, чем обычно.
- Элис.
Она выдыхает и приваливается к столбу.
- Я думала, они тебя убили.
- Чтобы такие ссыкуны меня убили? – говорит в ответ Джейкоб, хотя глубоко дышать ему все еще больно. Он прекращает попытки вдохнуть. – Сколько мы уже здесь?
- Несколько часов.
- Вот блядь, - говорит он, слишком обессиленный, чтобы добавить в голос хоть каких-то эмоций, и тоже откидывается на столб. – Ты в порядке?
Она пожимает плечами.
- Я в порядке. Получила пару пощечин. Пыталась отговорить их бить тебя, когда ты отключился. Но в остальном все нормально.
- Что-то мне подсказывает, что мы их взбесили.
Он видит Элис только краем глаза, но она кажется ему еще более маленькой, чем обычно – со скованными за спиной руками, склонившаяся к коленям так, что волосы падают на глаза. Он едва знает ее, не до конца ей доверяет, но сейчас она – все, что у него есть.
Наручники скребут по полу, когда он меняет положение, пытаясь удобнее устроиться на полу.
- Почему они нас не убили?
- Я спрашивала, - отвечает Элис. – А потом посмотрела. Поняла только, что они кое-кого ждут.
- Кого?
Она опускает веки и медлит, прежде чем открыть глаза - там разлита настолько пронзительная боль, что смотреть в них становится так же невыносимо, как и смотреть на солнце.
- Эдварда, - говорит она.

-

Эдвард узнает запах Джейкоба. Он способен выследить оборотня и встать на его след на расстоянии в сотни миль. Он уловил его еще раньше – может, две ночи тому назад, может быть больше.
Белла нервно мнется рядом. Она до сих пор не поняла.
- Куда мы идем? – снова спрашивает она.
Он тянет ее за руку, и вдвоем они скользят сквозь тени, уклоняясь от усталых взглядов плетущихся по улицам людей.
- Охотиться.
Она останавливается, как вкопанная, ее ноги зажаты хрупкими туфельками на шпильках, в голосе слышится рычание:
- Эдвард. Скажи мне, куда мы идем. – Под его удивленным взглядом, она, опомнившись, добавляет мягче: - Пожалуйста.
Он сжимает зубы, чувствуя, будто к горлу подступает желчь, хотя за долгие годы он уже успел забыть этот удушающе-кислый вкус. Тем не менее, он через силу улыбается.
- Здесь Вольтури, - наконец, говорит он. – Я подумал, нам стоит нанести им визит.
Глаза Беллы расширяются.
- Ты... Ты уверен? – спрашивает она, нахмурив брови.
- Белла, – глядя ей прямо в глаза, берет ее ладони и целует их, - они пытались разлучить нас. Они хотели убить нас обоих. Пришло время отомстить.
Отбрасываемые фонарями тени полосами ложатся на ее лицо, отчего складка, пролегшая между ее бровями, кажется еще глубже. На долю секунды Белла вновь выглядит как человек, раздраженный и встревоженный. Но это наваждение проходит, и ее кожа опять сияет в оранжевом свете. Она улыбается Эдварду.
- Конечно, дорогой, - говорит она. – Сколько еще к ним идти?
- Около мили, - отвечает он, и от облегчения у него начинает кружиться голова.
- Я добегу первой, - дразнит она его, смеясь, и Эдварду становится почти физически плохо.
Это все ты, напоминает он себе, устремляясь за ней и пытаясь удержать под контролем свои чувства. Здания и лица прохожих сливаются перед его глазами. Это ты сделал ее такой.
Запах Джейкоба становится сильнее, он окрашен страхом и болью, и Эдвард замедляет шаг. Они уже в районе складских помещений, асфальт здесь неровный и покрыт трещинами. Вокруг тянется высокий забор из сетки-рабицы, по верху которого проложена колючая проволока. Впереди Эдвард видит две белых машины. Пахнет вампирами и чужой кожей.
Белла стоит ближе к складу, чем Эдвард, и вновь кажется обеспокоенной.
- А что Джейкоб... – начинает она.
Эдвард качает головой и чувствует, как скрипит на зубах ложь.
- Я не знаю.
Поток мыслей Джейкоба кажется привычным и успокаивающим - Эдвард машинально тянется к нему, и снова слышит голос оборотня в своей голове.
«Сначала я убью вот этого гребаного ублюдка, он будет у меня голосить, как мелкая сучка. А потом – вон того, потому что он постоянно треплется по телефону. А потом...»
Эдварду кажется, что все эти дни в его груди была пустота, которой теперь внезапно не стало. Он чувствует себя целым.
- Ты не знал? – спрашивает Белла, кривя губы, и он в последний раз смотрит на нее.
Бледная вампирская кожа, красные глаза с расширенными зрачками – это больше не та девушка, которую он любил. Перед ним стоит незнакомая женщина. Однако самая разительная перемена – это то, что за всем этим скрывается. Это больше не его Белла.
«Прощай», - думает Эдвард.
- Я люблю тебя, Белла, - это единственное, что он может сказать напоследок.
Она склоняет голову набок, пристально его разглядывая.
- Я тоже тебя люблю, - отвечает она.
- Вот этот склад, - говорит он, указывая на виднеющееся в темноте строение. – Там.
Белла идет первой, перепрыгивая через ограду и колючую проволоку. Эдвард следует за ней, приземляясь мягко, как кошка. В лицо ударяет холодный сырой воздух.
Перед складом он останавливается, присаживается рядом с фургонами и разрывает руками шины.
Уже возле входа Белла оборачивается.
- Нам нужно прокрасться незамеченными?
Он протягивает руку к двери – она не заперта и открывается со скрипом.
- Можем просто войти, - говорит он, вглядываясь в темноту склада. – Они нас ждут.
Пусть Белла и не отдает себе в этом отчета, но подсознательно она понимает, что что-то не так.
- Эдвард, - она не двигается с места, - я не...
- Ты мне доверяешь? – обрывает он ее, сам себя в этот момент ненавидя. Но он все еще слышит в голове мысли Джейкоба, слышит мысли Элис, и не может поступить иначе.
Белла даже не моргает.
- Конечно.
- Тогда заходи.
Она все еще кажется неуверенной.
- Клянусь, все будет хорошо, - говорит Эдвард.
Она оборачивается, пробегая взглядом по его лицу, но Эдвард не отводит глаза, продолжая придерживать дверь.
Наконец, Белла вздыхает и проходит внутрь.
Эдвард возносит короткую молитву - никому не адресованные, слова безжизненно повисают в воздухе. Он следует за Беллой.
Внутри темно. Эдвард едва различает силуэты двух людей, спиной к нему прикованных к столбам. Но как только он их видит, его сердце сжимается – это Джейкоб и Элис, и оба они кажутся живыми.
Кроме них на складе шестеро вампиров, и все они оборачиваются навстречу вошедшим Эдварду и Белле.
- Каллен, - говорит один из них. – Опаздываешь.
Эдвард видит, как удивленно дергается Джейкоб, но Элис не двигается. Эдвард старается не смотреть в их сторону, вместо этого глядя на вампира с алыми глазами и неприятной усмешкой.
- Какая разница, – отзывается Эдвард.
Рядом с ним Белла, остолбенев, шепчет:
- Эдвард, что происходит?
- А ты ей не сказал? – усмехается вампир. – Ты никому из них не сказал, что они лишь разменная монета в твоей маленькой игре?
Эдвард вздергивает подбородок.
- Я выполнил свою часть договора. Отпустите их.
- Разумеется, - соглашается вампир. – Но сначала...
Он подходит ближе, его шаги эхом разносятся по похожему на пещеру складу. Остальные вампиры перемещаются за его спиной, перекрывая выходы, и на короткий миг Эдварда почти охватывает паника. Однако он заставляет себя стоять спокойно, когда их кольцом обступают вампиры. Белла, дернувшись, хватает Эдварда за руку, озираясь широко распахнутыми глазами.
- Что происходит? – тревожно спрашивает она.
Вампир лишь улыбается.
Эдвард не смотрит на Беллу. Ее рука безвольно повисает, когда он снимает эту руку со своего плеча. Глаза девушки огромны, она выглядит шокировано и, прижимая ладонь ко рту, шепчет с мольбой:
- Эдвард...
- Прости, - произносит он беспомощно.
- Иди сюда, Белла, - говорит другой вампир, хватая ее.
Она пытается вырваться, двигаясь быстрее и яростнее, чем могла бы когда-либо раньше, но этого недостаточно. Подходит еще один вампир, и вместе им удается оттащить ее к остальной группе, хотя Белла отчаянно сопротивляется и кричит.
Эдвард отводит глаза.
Ее крики, впрочем, он слышит, даже слепо уставившись в металлические крепления на стенах. Он слышит, как один из вампиров ломает свои пальцы, пытаясь удержать Беллу, бьющуюся в нарастающей истерике. Он слышит, как она кричит его имя в последний раз.
Потом раздается отвратительный звук, будто что-то рвется, и наступает тишина.

-

Кажется, проходит целая вечность, прежде чем вампир неспешно возвращается. Его испачканное кровью лицо в темноте кажется черным, но глаза мерцают. В руках он держит выгоревшую спичку, оставляющую на ладонях черные полосы.
Сквозь щели в стенах Эдвард видит отблески огня. Он чувствует запах горящей плоти вампира – обретающей, наконец, покой человеческой оболочки.
- Мы закончили, - сообщает ему вампир. – Теперь твоя очередь. И, пожалуйста, побегай от нас. Так будет веселее.
Руки Эдварда будто отяжелели и начинают дрожать, когда он прячет их в карманах куртки.
- До рассвета, - говорит он. – Дайте мне время до рассвета.
Вампир изучает его лицо, скользя взглядом от глаз до подбородка, и уголки его испачканного кровью рта кривятся в ухмылке.
- С какой стати? У меня нет гарантии, что ты вернешься.
- У тебя есть мое слово.
Вампир громко смеется.
- И чего оно стоит? – спрашивает он. – Ты убил эту девчонку без всяких раздумий. А говорил, что любишь ее, отмороженный ты больной ублюдок.
Эдвард ничего на это не отвечает. Вампир пожимает плечами и вытирает рот тыльной стороной ладони, с задумчивым интересом рассматривая оставшиеся на руках полосы крови.
- Я понимаю необходимость трахнуться напоследок. У тебя есть время до рассвета.
Сглотнув, Эдвард кивает и проходит мимо, направляясь к медленно поднимающимся с земли Элис и Джейкобу. Их лица освещает свет костра, в котором сгорает труп Беллы, и на них читается небывалое облегчение.
- Элис... – начинает Эдвард.
Она бросает на него взгляд, потирая запястья, и проходит мимо, не сказав ни слова.
Эдвард смотрит ей вслед, и все внутри него сжимается. Он чувствует, как на плечо опускается большая теплая ладонь.
- Белла мертва? – спрашивает Джейкоб. Его лицо все в фиолетовых синяках, двигается он скованно.
Эдвард может только кивнуть.
Джейкоб молчит, и Эдвард не в состоянии даже посмотреть на него. Он не может смотреть ни на что, кроме грязного бетонного пола, вновь и вновь проигрывая в памяти тот момент, когда Белла умерла.
- Хорошо, - говорит Джейкоб и обнимает Эдварда. Тот обнимает его в ответ почти автоматически, и чувствует, как Джейкоб дрожит. – Значит, все позади.
- Еще нет, - шепчет Эдвард так тихо, что услышать это может только он сам. Потом добавляет громче: - Идем.
Шестеро вампиров, словно акулы, провожают их взглядами. Эдвард против собственной воли начинает отсчитывать часы.
Они идут дальше.

-

- Ты ведь уходишь, правда? – тихо спрашивает Элис.
Они стоят на парковке возле дома, рядом с двумя машинами. Небо над ними такое темное, что на нем видно лишь несколько звезд. Оно залито оранжевым отсветом городских огней. Эдвард переступает с ноги на ногу и слышит хруст гравия. В воздухе пахнет дождем и ветром, чистотой и свежестью.
- Я должен, - отвечает Эдвард.
Глаза Элис наполнены болью и грустью.
- Знаю, - просто кивает она, и переплетает свои пальцы с его, словно этого достаточно, чтобы удержать его. Возможно, когда-то этого и было бы достаточно. – Вечно тебе нужно жертвовать собой.
Эдвард сжимает ее ладонь, а потом бережно расцепляет их пальцы.
- Я сделал то, что должен был. - Он целует ее в лоб, не позволяя себе больше тянуть. – Я люблю тебя, - говорит он, отступая назад.
- И я тебя люблю, - у Элис срывается голос. – Не делай этого. Не уходи. У тебя есть мы, у тебя есть Джейкоб – теперь еще и он. Тебе не нужно уходить. Мы придумаем, как уберечь тебя.
- Прости. - Эдвард отступает еще на шаг.
Элис обхватывает себя руками, ее волосы треплет ветер. Никогда прежде она не казалась такой невообразимо хрупкой, готовой вот-вот исчезнуть, словно рисунки мелом во время дождя. От этого Эдварду становиться больно.
- Скажи остальным, что я их люблю, - просит он. – Мне жаль, Элис. Мне так жаль. Но это был единственный выход.
Она не отвечает. Ее глаза безжалостно сухие, но Эдвард знает ее, и он знает, что он с ней сделал. Она тяжело сглатывает и отводит взгляд.
Он разворачивается и уходит.

-

В здании все неподвижно и тихо. Тени на стенах выглядят почти сюрреалистично, и Эдвард неслышно проходит мимо них, поднимаясь по лестнице на площадку.
Перед дверью спальни он колеблется, собирая остатки решимости.
Остается четыре часа.
- Не мнись там, я не сплю. – Джейкоб лежит на кровати, глядя в потолок, но потом переводит взгляд на Эдварда: - Что случилось?
Эдвард сухо и лающе смеется.
- Даже не знаю, - говорит он, присаживаясь на матрас.
Джейкоб тоже садится и ждет.
Эдвард слишком остро чувствует его присутствие. Сжимая пальцами покрывало, он пытается стереть все воспоминания и о Джейкобе, и о Белле.
- Я должен тебе все объяснить.
- Должен, - спокойно соглашается Джейкоб и не торопит. После того, как Джейкоба избили почти до смерти, он, видимо, стал покладистее. По крайней мере, на какое-то время.
Покрывало теплое, должно быть, от тела Джейкоба. Эдвард проводит рукой по ткани, пытается ухватить это тепло, но его руки только рвут материал.
- Я заключил сделку, - начинает Эдвард. У него такое ощущение, будто это не он произносит это вслух – таким хриплым, надломленным и совершенно чужим кажется его голос. – С Вольтури. Они связались со мной, приказали не говорить тебе. Я и не говорил. Они пришли за мной. Сказали, что я могу помочь им найти Беллу. Я ответил, что не стану этого делать. Но они угрожали, что убьют тебя и мою семью. Всех.
- И тогда ты ушел. Ты согласился? – спрашивает Джейкоб, протягивая руку и касаясь затылка Эдварда. Его пальцы горячие.
- Конечно. Потому и бросил тебя тут. Прости, что пришлось так с тобой поступить, но я должен был найти ее.
- Я понимаю, - успокаивает Джейкоб и принимается кругами гладить его спину.
Это уже слишком. Эдвард поджимает колени и утыкается в них лбом. Его начинает трясти. Джейкоб тянется к нему и заключает в объятия.
- Прости меня, - бормочет Эдвард. – Прости, прости...
- Прекрати. Эдвард, послушай меня, - начинает Джейкоб, но Эдвард прячет лицо на его плече и прерывисто вздыхает.
- Я чудовище, Джейкоб.
- Неправда, - тут же отвечает тот. – Ты сделал то, что должен был. Иначе ее убил бы я. Она хладнокровно прикончила всех тех девочек, не забыл? И убила бы еще больше. То, что ты сделал, было неизбежно.
- Неизбежно! – выплевывает Эдвард, его руки сжимаются на спине Джейкоба. – Ни черта это не было неизбежно.
Джейкоб прижимает Эдварда еще немного теснее, покачивая его, гладя его волосы и шепча что-то бессмысленно-утешительное.
- Все будет хорошо, - говорит он. – Все будет хорошо.
- Все эти годы я пытался быть человеком, - говорит Эдвард. – Никого не убивать. И к чему это меня привело?
Джейкоб целует его в лоб.
- Все будет хорошо, - говорит он.
У них совсем не осталось сил, они слишком устали и избиты, чтобы заниматься сексом, поэтому просто лежат в объятиях друг друга. Свои последние три часа Эдвард проводит, наблюдая за спящим Джейкобом, запоминая его лицо и чувствуя, как болит в груди налитое свинцом сердце.
Он ждет до тех пор, пока не будет полностью уверен в том, что Джейкоб спит. Затем приподнимается, мягко целует его в последний раз и шепчет:
- Я люблю тебя.
Он встает и уходит, обернувшись только один раз.

-

- Если ты сам не согласишься помочь нам, Эдвард, нам придется тебя заставить, - говорит Аро, все еще улыбаясь.
Эдвард поднимает брови, пытаясь казаться спокойным.
- И как же вы это сделаете?
- Есть люди, которые тебе небезразличны, - продолжает Аро, внимательно наблюдая, ожидая увидеть его реакцию. – Твоя семья. Славная малышка Элис. Твой «папа».
Как бы Эдвард ни старался скрыть это, он вздрагивает, и улыбка на лице Аро становится шире.
- Мы их убьем, со вкусом и не спеша, если ты не согласишься на эту сделку.
Эдвард молча смотрит на него, но в итоге опускает взгляд, сдаваясь.
- Если я приведу вам Беллу, вы должны пообещать, что не тронете их, - говорит он. – Ни одного из них. Вы всех их оставите в покое. В том числе и Джейкоба.
- О, действительно ли ты считаешь, что Белла так важна для нас? – смеется Аро. – Мы уничтожим оборотня в любом случае – умрет она или нет. Он убил одного из нас.
Внезапно кажется, что воздух заледенел.
- Нет, - поизносит Эдвард непослушными губами. – Вы не можете.
Аро изгибает бровь.
- Не можем?
- Нет, - повторяет Эдвард.
- А что еще ты можешь предложить нам, Эдвард? – спрашивает Аро все с той же улыбкой. – Что у тебя есть такого, что могло бы нас заинтересовать?
Эдвард презрительно усмехается, но чувствует, как страх сжимает горло - туго, словно виселичная петля.
- Моя жизнь, - говорит он. – Моя жизнь в обмен на жизнь оборотня.
Улыбка Аро становится совсем широкой, растягиваясь на его полупрозрачной коже.
- Ты променял бы собственную жизнь? Прожив целый век в юности, ты добровольно соглашаешься на небытие?
- Это мое предложение, - говорит Эдвард.
- Занятно. – Аро разглядывает его. – Очень даже занятно. Ты знаешь, я бы согласился и предложи ты нам служить, но так даже лучше. Однако вы мученик, милый юноша. Достойная восхищения черта.
Аро поднимается, отряхивая одежду.
- Твое предложение, разумеется, принято. Было приятно иметь с тобой дело, Эдвард.


-

Приближается рассвет. Эдвард видит перед собой дорогу, длинную и манящую, но впервые это зрелище его не пугает. Ночь почти подходит к концу.
В окна хлещет дождь, рисуя на стеклах серебристые прожилки. Эдвард не думает ни о Белле, ни о Джейкобе, ни об Элис - ни о ком из тех, от кого уходит. Все, что он видит сейчас – это пустая лента шоссе и мили, которые ему предстоит пересечь до того, как вновь взойдет солнце.
Дорога зовет его, запорошенная пустыми обещаниями и тщетно прожитыми годами.
Эдвард заводит двигатель.

Ты и я,
Теперь мы связаны.
Никто нас теперь не остановит.
Как-нибудь прорвемся,
Ты и я.
Если мир вдруг расколется надвое,
До моего последнего вздоха,
До твоего последнего вздоха.*


КОНЕЦ


_____________
* Фрагмент песни Nine Inch Nails "We're in This Together":

you and me
we're in this together now
none of them can stop us now
we will make it through somehow
you and me
if the world should break in two
until the very end of me
until the very end of you

@темы: Джейкоб, R, Эдвард, миди, фанфик

Комментарии
2011-03-27 в 15:27 

Тави
Ребята, тут из леса стреляют, вы аккуратнее.
Спасибо всем, кто читал, комментировал и ждал продолжения. :) Было очень приятно переводить для вас!

2011-03-27 в 15:51 

"Таков наш век: слепых ведут безумцы" (с)
чорт побери! :weep3: вот это ангст! Беспросветная тоска...
Здорово...

2011-03-27 в 19:45 

АлеАви
Все мы рождены от звезд. (с) BSSM
Ужасно. И прекрасно.
Спасибо вам.

2011-03-27 в 20:11 

Iden Brit
А травы шли. Все ближе и все ближе. Любовь моя, они вспороли небо и, как ножи, царапают по крыше.
Давно уже прочитала на английском.
Но все же с нетерпением ждала перевода, спасибо автору и переводчику.
Фанф шикарен

2011-03-27 в 20:24 

Lira R
Тави, _илиАДа_, вождь Мелкая Река Спасибо огромное за перевод, на мой взгляд, он прекрасен :red: А сам рассказ... Какой же он все-таки :weep3::weep3::weep3:

2011-03-27 в 20:42 

_илиАДа_
А ты живешь по законам доброты, мудак?!
Спасибо всем за отзывы! Тави права - очень приятно работать для таких читателей!

2011-03-28 в 15:38 

Neporochnay
- ...Расстались мы из-за художественных разногласий: он видел для себя жизнь, а я - его смерть! ©
это так невообразимо грустно:weep: лучшее, что я читала по Сумеркам
спасибо всем кто работал над переводом:heart: такие прекрасные фики, в принципе, редкость:heart:

2011-03-29 в 23:06 

Авалон...
Жизнь хитра. Когда у вас на руках все карты, она внезапно решает играть в шахматы.
:weep2:такой конец не для меня:depress2:Но тем не менее история очень красивая, спасибо вам за работу

2011-10-18 в 14:26 

Швеллер
"Только страйки на дорожках Срединного мира" (с) С. Кинг
Не ожидала, что мне так понравится. Классный фик и перевод отличный!

2012-06-01 в 06:05 

SHURLAWK
trigger quick to fire
Я в восторге. Такой сухой, точный стиль.. Непередаваемо.

2012-08-09 в 19:36 

Elsa-tyan
make me hight
Я под впечатлением.Честно,это одна из лучших работ.
Спасибо за работу

2012-08-09 в 22:00 

_илиАДа_
А ты живешь по законам доброты, мудак?!
Спасибо большущее всем за отзывы! Прямо хочется сразу работать - бетить! :) Спасибо за вдохновение, дорогие читатели!

   

~ Twilight Slash ~

главная